Война застала Евгению Голубенкову (в девичестве Трофальскую) совсем юной. На её руке осталась татуировка с цифрами 33017 — память о жутких годах в концлагерях Германии, номер узника. Евгения родилась в украинском городе Николаеве, и с шести лет воспитывалась в детском доме — туда определили девочку после смерти матери. Во время эвакуации воспитанников детдома в тыл поезд разбомбили немецкие лётчики. Тогда Евгения выжила и попала в настоящий ад.
ДЕВЯТЬ КРУГОВ
«Мы находились в детском доме, я училась в балетной школе тогда. Мы ехали давать концерты летом 1941 года по украинским городам. И в это время, 22 июня, объявили войну. Немцы ходили по домам, искали партизан. Нас тоже схватили немцы и бросили в тюрьму. Потом загнали в вагоны, где свиньи ехали, побросали нас туда и привезли нас в Польшу. Привезли нас в лагерь — огромный, страшный, кругом скелеты лежали. Нас побросали прямо на эти скелеты», — рассказывает Евгения Петровна.
Как оказалось, детей привезли в позже ставший страшной легендой Освенцим. Там их одели в одинаковые полосатые платья, накололи номера и обрили наголо. После месяца в «лагере смерти» девушку определили в женский лагерь Равенсбрюк.
«Там была плита огромная, под которой внизу находился крематорий. Эта плита поднималась и туда заходили военные. Оттуда уже никто не возвращался. В Равенсбрюке я жила до самого конца войны. С людей там шкуру сдирали, кровь с нас брали, избивали. С кого-то и жилы брали, кто им подходил. Видели мы и крематории — оттуда огонь страшный, и нас иногда заставляли смотреть, как на людях жилы лопались, как руки-ноги двигались, как будто они танцуют. Это очень страшно было», — делится Евгения Петровна.
Женщина рассказала, что в концлагерь часто привозили целые машины с детьми. Еврейских детей почти сразу сжигали, как и женщин и стариков. Русских убивали не так часто, а евреи в концлагере почти не имели шанса выжить.
«Через какое-то время начали из лагерей выгонять тех, кто здоров. Мы с девчонками тогда заболели — спали мы на голых досках, ели брюкву и воду пили. Раз в неделю могли дать картошку — грязную, сырую, но мы всё ели, само собой. Если не есть — то просто умрёшь от голода», — рассказывает бывшая узница.
ОСВОБОЖДЕНИЕ ИЗ ЛАП СМЕРТИ
Однажды Евгения вместе со своей подругой решила выйти на улицу, погреться на солнце в редкий тёплый день. Уже тогда условия в лагере стали немного мягче — немцы всё чаще отлучались, многих пленных выгоняли из лагерей.
«Мы услышали чьи-то шаги. Но из-за слабости нам было уже всё равно. Мы думали: сожгут, так сожгут. Подошли к нам два наших солдата, подняли нас. Обняли, расцеловали, очень были рады видеть живых. Мы пошли с ними по лагерю. Потом приехала машина и всех, кто остался в живых, увезли. Привезли нас к Рейхстагу. Все побежали, радовались — это была Победа! Нас солдаты накормили перловкой. Всё это лето мы провели в Берлине», — рассказывает женщина.
Немного окрепнув, девушки начали помогать солдатам — забирать из лесов раненых бойцов: советских, бельгийских — всех из союзных армий.
«Таскали солдат. Кого-то потом приходилось хоронить, кто-то выживал. А потом пришли вагоны и увезли нас на родную сторону», — делится Евгения Петровна.
«МЫЛИ ЗОЛОТО ПО КОЛЕНО В ХОЛОДНОЙ ВОДЕ»
Когда Евгения вернулась домой, оказалось, что есть в родном городе нечего. Даже воды не на что было купить. Девушка устроилась на работу — разгружать уголь. Но для пятнадцатилетнего подростка такой труд оказался слишком сложным. Позже Евгению поймали и отправили на Колыму, обвинив в несуществующем преступлении. Там она работала на лесопилке за пайку хлеба.
«Утром дадут тюльку и полкружки пустого чая. На обед — капуста. После этого нас на полтора года отправили на золотодобычу. Мы мыли золото по колено в холодной воде. А после нас освободили досрочно, потому что мы не были ни в чём виноваты», — отмечает Евгения Петровна.
После освобождения девушка осталась жить в Магаданской области. Здесь вышла замуж, родила четырёх детей. Работала продавцом, трудилась на заводе. Сейчас Евгения Петровна уже на пенсии, а годы в концлагерях остались страшным воспоминанием.
«Уважение и гордость за защитников Родины — это то, что передаётся нам по наследству, то, что у нас „в крови“. Уверен, что наши дети и внуки будут достойны памяти своих прадедов, дедов, отцов и братьев», — обозначил губернатор Магаданской области Сергей Носов, рассказывая о подвиге колымских ветеранов.