О детстве, тундре и рукоделии рассказала старейшина Магаданской и Хасынской общественных организаций коренных малочисленных народов Севера (КМНС) Светлана Брило.
— Я родилась на Чукотке. Когда родилась, у мамы не было молока. Папа уехал в Певек за сухим молоком, его не было трое суток. Чтобы я выжила, дедушка мой поймал нерпу, и начали меня кормить нерпичьим молоком. Тонкостей я не знаю, как это было, но вскормила меня нерпа.
— Потом меня отвезли к бабушке в тундру, где я начала разговаривать только на чукотском языке. Росла я там до трёх лет. Ходила в гости по ярангам и просила у всех копальхен (национальное деликатесное блюдо). Я его так любила. Но бабушке говорили, что его много нельзя кушать. А я слёзно всех убеждала, что они просто жадные и не дают мне его. И мне давали.
— В три года меня привезли к родителям. Мама — чукчанка, я с ней на чукотском языке разговаривала. Папа русский, и я его не понимала. Постепенно выучила язык. К большому сожалению, на сегодняшний день я свой родной язык не знаю. По достижению семи лет нас отвозили в Певек учиться в интернате круглый год. Естественно, дети забывали свой родной язык. Там я жила до 1967 года. Затем родители привезли нас в посёлок Палатка из-за нашего здоровья.
— Здесь я окончила школу и поступила в швейное училище в Магадане. Отучилась и работала швеёй. Потом вышла замуж, родила четверых детей. Жили мы в частном секторе, были свои животные, птицы. Занимались растениеводством. Обращаясь к представителям власти, нам всегда помогали. Бесплатно выделяли корм животным, корм птицам, доставляли бесплатно дрова и уголь. Так и жили.
— Первая ассоциация в области у нас была создана в Хасынском районе в Палатке. Первые создатели — Анна Хабарова, Анна Кислова, Людмила Ващилина и Варвара Федотова. Это основатели всех теперешних ассоциаций. И я была в том числе. Жили мы дружно, учились друг у друга. Было всё, вы знаете, от души, от сердца.
— У нас в тундре гриб виден очень далеко. Деревья ниже грибов. Приехав в Палатку, подруги позвали по грибы. Я пошла, я же знаю, что это такое. Иду — у них уже полные вёдра и лукошки, а у меня — ни одного. Я говорю: «Где вы видите грибы»? А они: «Мы за тобой идём и собираем». Показывают, а я: «Ах, их тут ещё и искать надо»!
— Все всё у нас делают сами, все рукодельницы. У меня мама была рукодельница. Научила выделывать шкуры. И бабушка учила. Я у бабушки воровала красивый бисер, нитку и иголочку и нанизывала это всё. Мне так это нравилось. И бабушка мне говорит: «У тебя узор не тундровой, а узор именно морской. Это говорит о том, что ты внучка и моря, и тундры».
По материалам МОООРК в рамках проекта «ЭТНОКНИГА Магаданской области: исчезающая действительность».